Источник: В.Н.Макарова. К вопросу о добыче золота на территории Башкирии в конце XIX – начале XX вв. // Археография Южного Урала: Материалы IV Межрегиональной научно-практической конференции. – Уфа: Информреклама, 2004. – 246 с. – С.116 – 124.
Примечание: Публикуется со ссылками, но без указания использованной литературы и источников. Печатается на историко-краеведческом портале Ургаза.ру с целью популяризации научных исследований по юго-востоку Башкортостана.
В пореформенный период золотодобывающая промышленность России переживает кризис. Основной мерой по его преодолению было введение нового Горного ycтава (24 мая 1870 г.), «который разрешал заниматься золотопромышленностью всем русским подданным и иностранцам, без различия сословий...». 70-80-е гг. XIX в. ознаменованы приватизацией казенных предприятий; отменой горной подати и посаженного налога; созданием местных представительских организаций в виде золотопромышленных съездов; подготовкой введения и поддержания системы золотого стандарта; повышением закупочных цен на золото. Нуждающимся в оборотных средствах выдавали ссуды на один год.
В соответствии с поправками к Уставу были устранены формальности по разведке, заявке и разработке приисков, упростили администрацию, уничтожили опеку над золотопромышленностью со стороны местных властей, установили административный порядок производства дел по некоторым нарушениям устава, подчинив их общим гражданским судам. Изменили правила найма рабочих и ссыльных поселенцев. «Пользование земель башкир-вотчинников осуществлялось на основании правил для государственных крестьян (за право разработки предусматривалось вознаграждение). Право эксплуатации общих башкирских земель приобреталось путем договора о передаче земли в арендное содержание» [1].
В пользу башкир золотопромышленники платили 10% со всего объема добытого золота или 10% чистой прибыли. Две трети этой суммы раздавались вотчинникам, одна треть поставлялась в общественный башкирский капитал. Вознаграждение выражалось в следующих размерах: за каждую десятину луговой земли по 3 рубля серебром; пашенной, не распаханной под посев, платили единовременно за распашку от 5 до 6 рублей серебром [2].
Высочайше утвержденное 10 февраля 1869 г. мнение Государственного Совета «О размежевании башкирских дач для наделения землею башкир-вотчинников и их припущенников, и о порядке продажи и отдачи в оброчное содержание общественных башкирских земель» подтвердило установленные ранее два основных положения о необходимости согласия 2/3 вотчинников для передачи земель в кортому и, о ее 12 летнем сроке. Разведку золота на общественных башкирских землях было разрешено производить «на основании правил в горном уставе установленном», а вот разработка золота по-прежнему подчинялась условиям отдачи в кортому башкирских земель [3].
В пользу башкир золотопромышленники платили 10% от всего объема добытого золота. Две трети этой суммы раздавались вотчинникам, одна третья поставлялась в общественный башкирский капитал. Вознаграждение выражалось в следующих размерах: за каждую десятину луговой земли по 3 рубля серебром; пашенной, не распаханной под посев от 1 рубля 30 копеек до 3 рублей серебром и за приготовленную под посев платили единовременно за распашку от 5 до 6 рублей серебром [4].
Уже в 1879 г. в крае было выдано 173 дозволительных свидетельства на самостоятельную разработку золотых приисков [5], в том числе 6 дворянам, 8 почетным гражданам, 25 чиновникам, 38 купцам, 32 мещанам, 46 крестьянам и т.д. По имеющимся сведениям на рубеже XIX – XX вв. на территории Башкортостана насчитывалось 263 отведенных прииска [6].
В 1902 г. был принят закон о свободном обращении золота [7], отменивший обязательное предоставление его в казну. Но цена на золото оставалась фиксированной. Операции с золотом фактически совершались только в коммерческих банках. Закон предусматривал освобождение от дополнительного промыслового налога сроком на 5 лет предприятиям, производившим извлечение золота и платины химическим путем, с применением усовершенствованных технологий и механизмов. Объем налоговых выплат сократился. 8 июня 1903 г. был принят закон, который систематизировал и оформил правила производства частного золотого промысла на казенных землях. Закон требовал прогрессивной оплаты за прииски и особой платы за неработающие рудники.
Освоение рудного золота дало толчок развитию более прогрессивной технологии золотодобычи. В 1894 г. бельгийский подданный Э. В. Роттермунд совместно с дворянином А.Коншиным приступили к строительству химического завода на Мрясовском прииске наследников Горяевых. В 1897 г. в крае действовало 600 шахт и 1200 штолен, в которых функционировало 129 паровых машин и 158 паровых котлов суммарной мощностью в 2672 лошадиных силы. В печати отмечалось, что средоточием разработки жильного золота в России является Оренбургская губерния. В 1893 г. на Оренбургскую губернию приходилось 72% всего добытого в стране рудного золота [8].
Первый опыт применения драг на территории Башкортостана относится к 1903 – 1907 гг. В период с 1903 по 1906 гг. на озере Калкан работала малолитражная паровая драга Тептярской золотопромышленной компании. Промыто 54,0 тыс. куб.м. горной массы добыто 15,8 кг золота, со средним содержанием - 292 мг на куб. м. В 1907 г. она была перенесена на озеро Ургун, где дневная добыча составила 1,27 кг [9].
Внедрение прогрессивных способов добычи золота, использование высокопроизводительных промывальных машин, к сожалению, не получили широкого распространения на приисках края. В 1895 г. из 421 прииска лишь 92 имели паровые двигатели, бегуны, чаши. Остальные прииски действовали на мускульном труде, использовали ручные станки, грохоты, вашгерды и имели небольшую производительность.
В пореформенный период в южно-уральской промышленности, также как и в целом по Уралу, проявились две противоположные тенденции. С одной стороны, наблюдается процесс концентрации производства и капитала, что создавало основу для перевода предприятий на прогрессивную производственную основу, с другой – успешно развивалась мелкая золотопромышленность частных предпринимателей, предполагавшая использование простейших технических средств.
В конце XIX в. в пределах Оренбургской губернии насчитывалось 35 золотопромышленных обществ и товариществ. В 1893 г. на всех приисках Оренбургской губернии было добыто 189 пудов россыпного золота, из которых 133 пуда приходилось на долю 10 золотопромышленных компаний и товариществ, владевших 55 приисками. Остальные 56 пудов были добыты мелкими предпринимателями на 311 приисках [10].
По мере разработки богатых россыпей на старательский способ добычи переходило большинство золотых предприятий, еще не прекративших свое существование. Владельцы выбирали промысловые свидетельства, вносили подесятинную плату и предоставляли свои прииски для работы старателям. Плата за золотник шлихтового золота до 1 рубля – 1 рублей 50 копеек. Позднее она поднялась до 2 рубля – 2 рубля 50 копеек. Повышение ее перед войной до 3 рубля 50 копеек за золотник способствовало возрастанию в 1913 г добычи россыпного золота. Старательская добыча нередко приводила к порче и возрастанию хищения металла. По некоторым данным, с 1900 – 1914 гг. на Урале в дачах частных и посессионных заводов Уральского региона более половины добываемого золота давали золотничники и старатели [11].
В материалах съезда золотопромышленников Южного Урала, состоявшегося в ноябре 1901 г. в Миассе, отмечалось, что «все более или менее заслуживающие внимания прииски сосредоточены в руках небольшой группы крупных золотопромышленников. Такие предприниматели, как Горяевы, Поклевский-Kозелл, Рамеевы и ряд компаний сконцентрировали в своих руках львиную долю добычи золота» [12].
Золотопромышленная фирма Горяевых славилась своими богатствами по всему Уралу. Основание фирмы относится к началу 1880-х гг. Зачинателем дела следует считать екатеринбургского купца Арсения Михайловича Черемухина. Но размаха в делах не было. Предприниматель избегал затрат на техническое перевооружение, хозяйские работы производились в незначительном масштабе, золото больше добывали старатели, они же открывали новые прииски. Наиболее богатыми по содержанию металла были прииски в Бурзянской и Карагай-Кипчакской волостях Орского уезда. В 1880 г. приглашает к себе в компанию Тобольского штейгера Константина Панфиловича Горяева. В 1886 г. он приобретает у компаньона обширную территорию и становится единоличным владельцем приисков, а с башкирами заключает новый договор на двенадцать лет [13].
Развернув добычу золота на западном склоне горы Иремель, К.П.Горяев построил золотопромывальные фабрики, оборудовал предприятия паровыми двигателями, шлюзами. Согласно договору, вблизи озера Колтубан, деревень Ниязгуловой, Буримбаевой и Хасяновой, добывалось не только золото, но и платина, серебро, марганцевая руда, медно-колчеданные руды, строительный камень и т.д. За чистое золото платили башкирам по 40 копеек за золотник; за чистое серебро по 1 рублю за фунт; платину 5% натурой. Средняя заработная плата рабочим: мужчинам от 12 до 25 рублей, женщинам от 7 до 12 рублей в месяц. Контрактным рабочим от 25 до 50 копеек получено в день на их иждивении.
Из пятнадцати приисков, которыми владели Горяевы, наиболее результативными были работы на Таналыкском (14 лет – 108 пудов 37 фунтов), Карагай-Кипчакском (15 лет – 11 пудов 31 фунт), Сакмарском (14 лет – 1 пуд 42 фунта), Уртазым-Горяевском (17 лет – 12 пудов 42 фунта) [14].
Как видно из произведенного подсчета, только один прииск Таналыко-Баймакский, по неполным данным, дал всем его хозяевам (и ЮУГАО) за время разработки до 1917 г. 217 пудов 39 фунтов, 20 золотников, 78 долей [15].
После смерти Константина Панфиловича дело остается наследникам – жене и троим сыновьям [16]. Вдова не унаследовала опыта покойного мужа, двое сыновей были студентами и крупное дело Горяевых пошло к упадку, затем оно было передано екатеринбургскому торговому дому Андреевых и отписано за Дарьей Ивановной Андреевой. В 1903 г. последняя была объявлена несостоятельным должником и, после незначительных работ, осуществляемых конкурсным управлением, в 1907 г. прииски были совсем оставлены.
Из упомянутых приисков Таналыко-Баймакский с 1914 по 1917 гг. разрабатывался Южно-Уральским акционерным обществом горных заводов [17]. Остальные: Уртазым-Горяевский, Сакмарский и Карагай-Кипчакский, так и остались заброшенными и забытыми.
Зачинателями Рамеевского дела, согласно данным торгово-промышленных справочников, была жена Орского купца Ханифа Альмухаметовна Рамеева, которая по заключенному ею с башкирами-вотчинниками бурзянских волостей контракту oт 30 января 1870 г., взяла в аренду земельную площадь под прииски. Уже во второй половине 1880 гг. прииски Ханифы Рамеевой перешли к Рамееву Мухамет-Садыку Абдулкаримовичу, а от него, в течение 1890-1900 гг. – к его сыновьям Мухамет-Закиру и Мухамет-Шакиру Рамеевым. Наряду с ведением хозяйственных работ, Рамеевы широко использовали труд старателей.
Прииски Рамеевых располагались в Бурзянских волостях Орского уезда, по рекам Султанка и Худолазу, близ деревни Гадельшино. С одного только Гадельшинского прииска за время разработок было добыто около 52 пудов золота. Редким богатством отличались прииски, представленные в нынешнем Абзелиловском районе. Рудник «Кушеевский», расположенный на юго-восточном склоне хребта «Крыкты». Этот прииск, разрабатывался братьями Рамеевыми в компании с Нигматуллиным в течение 10 лет (1892 – 1901 гг.) и дал хозяевам золота 7 пудов 09 фунтов 51 золотник 26 долей, в том числе рудного металла из жилы – 6 пудов 28 фунтов 94 золотника 71 доля.
За период с 1891 по 1895 г. на 15 действующих приисках было промыто 28 пудов песку и 2026 тысяч пудов кварцевых жил и получено 29 пудов золота. Так, например, Султанский прииск (вблизи озера Султан Куль), где располагалась резиденция Рамеевых, разрабатывавшийся первоначально генералом Жемчужниковым, дал 143 пуда 9 фунтов 38 золотников золота (2,3 тонны) [18]. Из этого количества на долю последних владельцев приходится 42 пуда 12 фунтов 91 золотник.
Рамеевы заботились о техническом оснащении приисков, где действовали 4 чаши с бегунами, 1 дробилка Блека, 6 бутар, 2 шлюза, 50 ручных станков, 3 паровых двигателя мощностью 35 лошадиных сил и 1 турбина в 25 лошадиных сил. Кварцевые жилы разрушались динамитом. На приисках Рамеевых было 850 рабочих [19].
Им принадлежит инициатива создания в 1890 г. совместно с Барыем Нигматуллиным и Юсупом Муртазиным Тамьян-Тангауровского золотопромышленного товарищества, которое проводило работы на Кургашлинском, Шатанском, Симском приисках. Дела по добыче не всегда складывались удачно. В 1910 г. отчитались только за 6 пудов 28 фунтов золота [20].
Следуя решениям съездов золотопромышленников о необходимости делать жизнь на приисках «более приятной и привлекательной», многие создавали на приисках библиотеки, публичные чтения, домашние театры, курсы для взрослых рабочих и кинематографические сеансы [21]. К примеру, в 1911 г. на екатеринбургской киностудии В.Л.Метенкова снимался документальный фильм о золотопромышленности на Южном Урале [22].
Известна благотворительная деятельность Рамеевых. В деревнях башкир, с которыми заключали договора, строили мечети, открывали медресе. В 1902 г. Мухамет-Шакир Рамеев выстроил при дворе Первой соборной мечети города Стерлитамака каменное здание медресе, вложил в банк 1 тысячу рублей, пожертвовал в пользу женского медресе 1 тысячу рублей, оформил акт дарения 12 десятин земли [23]. В 1912 г. на их приисках в Верхнеуральском уезде в честь 100-летнего юбилея Отечественной войны 1812 г. были организованы для рабочих публичные чтения с передачей книг рабочим и обед. Не менее торжественно отмечали на приисках 300-летие дома Романовых.
Закир Рамеев известен и как общественно-политический деятель поэт; он входил в состав попечительского совета медресе «Хусаиния» (Оренбург), финансировал издание журнала «Шуро», редактором которого являлся Ризаэтдин Фахретдинов, известный богослов и ученый.
Видным золотопромышленником в Башкирии был Алексей Петрович Прибылев. Он добывал россыпное золото на собственных и арендованных приисках (у баронессы Котц, Жураковских, Ратькова-Рожнова и других), в основном в Верхнеуральском уезде. Участвует в совместных компаниях: «Кудрявцев и Прибылев», «Симонов и Прибылев», «Прибылев и Кугушева».
Одним из первых Прибылев приступил к разработке рудных (жильных) месторождений с применением взрывчатых веществ. На Кочкарском месторождении им разрабатывался прииск «Ураган» (1892 – 1897) – возле Учалов, близ горы Буйда, отличавшийся высокой механизацией. Руда обрабатывалась на золотопромывальной фабрике четырьмя бегунами, приводимыми в движение паровой машиной. С 1892 по 1900 гг. здесь было получено 432 кг золота [24].
Другой прииск – Гороблагодатный (1899 – 1902), расположенный на горе Идристау, был приобретен у башкир деревни Мулдашево в собственность. Оба участка были мало разведанными. Но, по данным горного надзора, за непродолжительный срок было получено 32 пуда 24 фунта 313 золотника.
Главные свои работы Прибылев вел на Преображенском прииске. В 1906 г. этот прииск был продан английскому обществу золотых промыслов, добывавших здесь золото из оборудованной ими шахты «Стенлей». В сборнике статистических сведений за А.П.Прибылевым числится Алексеевский прииск Атаякского общества, Каменно-Александровский Чурмановского общества и прииск Талган [25].
В конце: XIX – начале XX вв. усиливается концентрация производства, сокращается числе лиц, занятых в золотодобыче, прииски переходят к крупным отечественным и иностранным фирмам, располагавшими значительными собственными средствами и банковскими кредитами. Они могли вести разведки и оснащать предприятия более совершенным оборудованием, что было непосильно для мелких предпринимателей.
Российское законодательство предусматривало по существу только два вида капиталистических объединений: торговый дом и акционерную компанию. В практике акционерного учредительства различалось лишь два вида акционерного общества, «акционерные компании» и «паевые товарищества» [26].
В этот период и Башкирии действовали следующие золотодобывающие товарищества и акционерные компании:
– Общество Белорецких заводов Пашковых;
– Бурзянская золотопромышленная компания генерал-лейтенанта Жемчужникова;
– Торговый дом Поклевского-Козелл;
– Южно-уральское горно-промышленное акционерное общество;
– Общество Комаровских железорудных месторождений и Южно-Уральских горных заводов;
– Тамьян-Тангауровское золотопромышленное товарищество;
– Миасское золотопромышленное товарищество;
– Балбуковское золотопромышленное товарищество;
– Тептярская золотопромышленная компания;
– Иверская золотопромышленная компания;
– Владимирская золотопромышленная компания;
– Веронадеждинская компания Романовских;
– Верхнеуральское золотопромышленное товарищество;
– Кара-Табынское товарищество;
– Товарищество «Жуковский и К°»;
– Бурзянское золотопромышленное товарищество;
– Гумбейское золотопромышленное товарищество;
– Товарищество «Граф Толстой и Базилевские»;
– «Кузнецов и К°»;
– Компания Рамеевых М.Ш. и М.З. [27].
В 1897 г. в России благодаря экономической политике С.Ю.Витте, стержнем которой была опора на иностранные капиталы и опережающее развитие индустрии, удалось стабилизировать денежное обращение кредитные билеты обеспечивались золотом. Поэтому капиталовложения в золотодобычу приносили высокие прибыли и способствовали наращиванию масштабов производства.
Примером может служить Южно-Уральское горно-промышленное акционерное общество [28]. В 1911 г. красноуфимский купец А.Ф.Кабанов за 971802 тысяч рублей переуступил свои права на месторождения ЮУГАО. В 36-летнее пользование у башкир были взяты прииски Уваряжский, Юлалинский, Тубинский, Семеновский, Троицкий, Япаевский, Таналыкский, Уртазымские угольные копи, Еленинский, Валентиновский и другие. Всего 66 приисков [29]. Управление находилось в Таналыко-Баймаке. Управляющие рудниками [30] отчитывались перед своими правлениями ЮУГАО в Петербурге, которые, в свою очередь, отправляли финансовые и производственные отчеты в лондонскую контору Таналыкской корпорации [31].
В состав учредителей и директоров ЮУГАО входили: В.В.Меллер-Закомельский, член Государственного Совета, владелец Кыштымского горного округа; Л.Уркарт, директор Кыштымской корпорации, представитель английских деловых кругов организатор всего дела, В.В.Романов, директор общества Кыштымских горных заводов; основные держатели акций. В 1913 г. основным владельцем стала Таналыкская корпорация. Они были собственниками 19200 акций (4,8 млн. руб.), остальным акционерам принадлежало 4800 акций (1200 руб.). Таналыкская корпорация являлась хозяином предприятия, финансировала его деятельность [32].
В декабре 1914 г. на предприятиях ЮУГАО было занято 1460 человек, в октябре 1915 г. – 1476, в том числе женщин – 179. В 1914 г. отсюда было призвано в армию 158 рабочих и 21 служащий. При этом семьям мобилизованных рабочих выдавалось ежемесячное пособие в размере 330 рублей, а семьям служащих – 300 рублей. В 1912 г. заработок колебался от 50 до 80 копеек за 12-часовой рабочий день. В начале мая 1917 г. был установлен 8-часовой рабочий день с сохранением платы за 10-часовой. За сверхурочные работы вводилась полуторная плата. Одновременно делалась надбавка к зарплате в размере 30% рабочим, получавшим до 1 руб. 50 коп. в день, 25% – получавшим свыше 2 рублей [33].
В 1912 – 1918 гг. в Таналыко-Баймакском районе были предприняты активные разведочные работы при участии горного инженера Е.Г.Гойера и геолога А.Н.Заварицкого. Начали строить и частично пустили Таналыко-Баймакский медеплавильный завод, давший в 1914 г. 15754 пуда меди (предполагаемая производительность завода в дальнейшем планировалась до 120 тысяч пудов), в 1915 году – 37557 пудов [34].
В 1913 г. был открыт Тубинский рудник и пущена бегунная фабрика с тремя трех-бегунными чанами и циано-илового завод [35]. Тубинский рудник был «жемчужиной» среди предприятий ЮУГАО. С 1916 по август 1919 гг. на маленькой фабрике извлекли 576 кг чистого золота [36]. Построили узкоколейную железную дорогу.
В августе 1919 г. администрация завода эвакуировалась. Было вывезено все золото, оборудование, увели лошадей, опустели торговый и материальный магазины. До сентября 1920 г. рудниками управляли фабрично-заводские комитеты. После революций и Гражданской войны, бесконечных мобилизаций кадров, рудно-приисковое хозяйство было дезорганизовано, многие месторождения законсервированы.
Так завершилась деятельность одного из крупнейших акционерных предприятий цветной металлургии Южного Урала. О его размерах свидетельствует тот факт, что в ноябре 1917 г. на четырех рудниках, медеплавильном, цианистом заводах, бегунной фабрике и различных вспомогательных службах этого общества было занято 1237 рабочих [37], проводились перспективные разведки, строились планы расширения производства [38].
Не имея возможности представить более полное описание деятельности всех занятых в золотодобывающем производстве до революции, отметим характерные особенности, общие как для края, так и для всей страны: слабое техническое оборудование приисков, несовершенство приемов добычи; в целом экстенсивный характер золотого промысла; малая рентабельность русских золотопромышленных предприятий; недостаточная добыча рудного золота; слабая постановка разведочной деятельности; недостаточное развитие золотого промысла, в сравнении с природными ресурсами.
На развитии промысла отражались как внешние потрясения, так и внутренние причины. Войны приводили к снижению, а в периоды кризиса черной металлургии к увеличению добычи золота. Последнее было обусловлено притоком рабочей силы с рудников и заводов. Эффективность преобладания мускульной добычи определялась числом лиц, занятых в золотом и платиновом промысле [39].
В уральской горнозаводской промышленности конца XIX – начала XX основную массу рабочих составляло русское население. Вместе с тем, происходит активный процесс вовлечения мусульманского населения: башкир и татар. Особенно широко это было представлено в золотодобывающей промышленности.
Кроме того, необходимо отметить процесс ренты и влияние ее на развитие башкирского традиционного общества.
